Арчи (archi_dotby) wrote,
Арчи
archi_dotby

ПроМашка (окончание)

Вообще на курсе к тому времени осталось 22
студента. Один из них был исключен – и
впоследствии казнен – за неудачную попытку
убийства студента-старшекурсника, второго
убили на тренировках, а третий умер от
естественных причин – ибо что может быть
естественнее смерти от кинжала в сердце?
Рафаэлло Сальваторе



О, Архангельщина – край непуганых болот и нецелованых девок!..
Косяки семги в Северной Двине, «Ласковый май» в сельских клубах, кукурузник как единственное средство коммуникации, узкоколейка, которую мы строили от поселка и до заката…

Размахивая молотом для забивания костылей в шпалы, коий нежно именовался «альпеншток имени Троцкого», ощущая себя настоящим Павкой Корчагиным, я с грустным содроганием ворочал в памяти свою последнюю встречу с Машкой…



…Комиссия была солидная. Кроме Машки, присутствовали в полный рост цельных два замдекана.
Нашу робкую стайку – десяток спиногрызов и меня – рассадили всех разом в помещении для лабораторных работ. То есть, беззащитные бока с карманами, набитыми шпаргалками, и беспомощные спины с бомбами, заткнутыми за брючные ремни, оказались под пристальным всеобщим обозрением…

Впрочем, это про спиногрызов – я, аки принц и главный подозреваемый, был сразу препровожден пред светлые очи – к ответу в форме свободной беседы за оптическую жизнь.

Мы обменялись для начала несколькими вескими основополагающими замечаниями.
Я был довольно боек и порывался принимать участие в беседе на равных.
Высокому собранию сие не понравилось, и мне принялись сбивать дыхалку и прессинговать по всему полю.
Я по возможности придерживался принципа «fair play», но ложные финты, замахи и тактика мелкого фола прижали меня к воротам.
Судейская бригада, ко всему, оказалась явно коррумпирована, так что все кончилось высосанным из пальца пенальти и красной карточкой.

Плэй – офф…



…При этих воспоминаниях альпеншток имени Троцкого в моих руках наливался яростной силой – и костыль вколачивался в шпалу с одного удара!

Высокий класс, между прочим.



Лето, как любая радость, склонно подходить к концу.
Заведя узкоколейку в непроходимые топи, а также перевернув другие горы и достав с неба остальные звезды, мы ехали домой, оставляя на местах героических подвигов заплаканные девичьи глаза.
Бабла было немеряно, теплые края изнывали от предвкушения нашей встречи…
Словом – весь мир в кармане.

Почти.

Потому что на моем сияющем небосводе громоздилась темная туча по имени Машка.



Она выглядела свежо и подрумяненно.
Улыбнулась, осведомилась – как жизнь молодая?
Сверкнула глазами цвета запекшейся крови.

Мы – я и два спиногрыза, Малыш и Шайба – насторожились. Поди, пошути – еще всерьез воспримет, как на таможне…
Однако уютный милый кабинет физпрактикума, набитый железными ящиками с загадочными тумблерами и стрелками, с лампами, линзами и проводами, а также прочей множественной неописуемой хренью, включая битую в научном пароксизме мебель – вся эта картина, гарантирующая счастливую будущность человеческой цивилизации, мигом привела нас в состояние «Жажда Победы Любой Ценой», отягощенное адреналиновым вбросом.

Ну, не мужчинам рассказывать…



Я, в целом, чувствовал себя неплохо.

Общага была еще пуста – редкие силуэты тревожили по вечерам гулкие коридоры. А уж чтоб этот силуэт оказался женским…

Нормально я себя чувствовал. Нешуточно. Того и гляди, выгонят нахрен, блин…

Полтора дня просматривал свои измятые бумаги, которые какого-то непонятного рожна свозил в путешествие по Советскому Союзу. С теплотой перечитал список вопросов к билетам.
Он уже казался знакомым, почти родным, а в минуты просветления пред мысленным взором вставала за этими лаконичными строчками вся могучая наука ОПТИКА – необъятная, целокупная и непостижимая…

В общем, если смотреть правде в глаза, сел я за Великую и Ужасную оптику.
Ибо если мне удастся…
Уйди! Уйди, окаянная! Не искушай шрамированную душу…

Нет, разумеется, я – натура цельная, непрошибаемая – просто не мог многажды не провоображать грядущую встречу на ринге. Скажу вам по секрету – каким же каждый раз оказывался молодцом!..

(Если совсем между нами – я оптимист. Это выдает мою ограниченность).

А когда сгущался сумрак, и полночные нетопыри принимались шастать над Рощей, обуивало меланхолическое настроение, и тогда я сочинял героические стихи. Типа –


Завтра в бой – роковой, чумовой и, наверно, последний!
Тишина, словно пробка, заткнула во мне мой Содом,
Но забыла про сон. И остался он где-то в передней.
Мне осталось дышать. И забыть о себе – молодом…



А говорят, физики – не лирики.

Я возвышенно мечтал.
Я низниженно трусил.



Машку было трудно узнать.
Рассадив нас по простреливаемым местам, она порхала между столами, копалась в объемистой своей сумке, напоминающей картофельную авоську из бархата, щебетала с комиссией и, в качестве апофегея, подмигнув, предложила нам тащить билеты прямо из черных сумчатых глубин!

Фокусница, [непереводимое идиоматическое выражение]!

Томно мне стало при этом, и даже как-то потливо.
Ишь, змея – ей и билеты по столу разложить влом, побыструхе решила расставить точки над нашими «ё»…

Я, как положено, закрыл глаза, повернулся левым боком, поджал правую ногу, засунул правую руку в задний карман брюк и левой рукой, отсчитав в уме до 13-и, потянул билет.

«Номер 7», – сообщил экзекуторам, а внутри будто разорвалась нагретая бутылка пива. Аж в голову ударило!

Первая дюжина билетов – мечта поэта!..

Я уселся на место, чуть не промахнувшись мимо стула, выхватил ручку, как шпагу…

Теплое, ласковое, благодатно разлившееся посреди меня пиво вдруг разом заледенело.

Что за черт…

«Макроскопические системы»… «Переходы»… «Неравновесные процессы»…

Чё за бред?!!

Нет.
Неправда.
Где я?
Кто здесь?

Где родные линзы, имеющие силу, с их сферическими аберрациями?
Где милый сердцу спектр, подверженный анализу?
Дисперсия, сидящая верхом на дифракции и погоняющая интерференцией?

Где это все, уже снящееся мне по ночам?!

Ну я же – здоровый, трезвый – я же список вопросов к билетам знаю НАИЗУСТЬ…

А-а-а!!!

Ладно…
Ладно…
Это Машка, тварь…
Ну – бли-ин… Ну – залет…
Ладно.
Я, сцуко, не сдамся.

Прощай, универ…



…Тяжелые удары пульса в висках заглушали звуки мира. Я в рвано-лихорадочном темпе дописывал третий лист формата А4, когда в затылок кашлянуло.

За спиной стояла Машка с красным трясущимся лицом. Подрагивающим пальцем она тыкала в мои бумаги, вторая рука вцепилась в бюст, как будто ей было или очень плохо, или больно хорошо.
В аудитории царило неподобающее возбуждение.

Нештатное какое-то.
Оскорбительное.

– Вы, Петрушин… – несправляющимся голосом выговорила Машка. – Вы какой предмет сдаете?

– Где я… – просипел я.

– Ой, мама... – пробулькала Машка. – Не могу…Это же билет по термодинамике… Четвертый курс… В сумке, видимо, перепутались…

Все ржали.
Взахлеб.
Включая Шайбу с Малышом.
Один я сидел и слушал, как все еще замерзшие внутри пласты метафизического пива крошатся и налазят друг на друга, будто при ледоходе…

– И ведь, черт меня побери, на тройку написал! – утирая слезы, сказала Машка. – Ну, Петрушин… Настоящий студент!



…Малыш с Шайбой получили по двойке и вылетели из университета.
Я в этот вечер напоил пивом всех посетителей «Шынка у Лявона».
А потом уехал в Гурзуф, где уже расслаблялись мои соратники.
В первую же ночь мы чуть не угнали баркас, чтоб отпраздновать мой триумф не иначе как в Турции.
И вообще, удивляюсь – как это я не обрушил Аюдаг на Адалары…
Наверное, друзья отговорили.

Ладно, пусть их – они жизни не видали…



P.S. Когда, не прошло и нескольких годков, я добрался до четвертого курса и, соответственно, термодинамики, то пришел на экзамен с весомейшим аргументом…

Но мне – ахринеть! – поставили «два».

Впрочем, это уже совсем другая история…
Tags: литература
Subscribe

  • Вирш на понедельник vol.266

    Зачем ты за пивною стойкой? Пристала ли тебе она? Здесь нужно быть девицей бойкой – Ты нездорова и бледна. С какой-то розою огромной…

  • Цитатка на викэнд vol.268

    Она затмила всех особ женского пола, из которых каждая признала в глубине души, что за исключением ее самой незнакомка была красивейшей из…

  • Вирш на понедельник vol.265

    Когда борьбу закончим, и утихнут схватки, нальем в стаканы крепкий сладкий чай. Прижжем царапины и грязноватой ватки смахнем комочек на пол…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments